В условиях выполнения задач в зоне специальной военной операции для меня главным было четко и слаженно выполнить приказ командира. Это не просто задача, это — сложный вопрос, где каждая секунда может иметь решающее значение. В нашем добровольческом батальоне БАРС система изначально была выстроена таким образом, что подчинялся непосредственно командиру отряда. Когда командир был назначен командиром штурмовой бригады, естественно, стал находиться в ведении командира бригады.

Наш командир — это не просто офицер, это настоящий воин, продолжатель традиций доблести и героизма, человек чести, который вызывает уважение и доверие. Он принципиальный, и его репутация говорит сама за себя. Три ордена Красной Звезды, два ордена Мужества, орден Александра Невского и орден «За заслуги перед Отечеством» IV степени с мечами. Боевые ордена за подвиги на полях сражений: Афганистан, Закавказье, Чечня, СВО. Он стал настоящей легендой войск специального назначения всей нашей огромной страны. Его неоднократно представляли к званию Героя России, но он всегда стоял на защите своих солдат, за что ему огромное уважение. Он понимает, что правда не всегда бывает красивой, иногда она может быть жесткой, и именно поэтому документы о его наградах порой застревают на уровне средних начальников.

К сожалению, в похожей ситуации оказались и десятки бойцов отряда "Орион". Командир бригады представил нас к государственным наградам, но уже год прошел, а информации о них все нет. Все друг на друга кивают. Мы ждем, и хотя терпение — это добродетель, тяжело принять, что наши заслуги останутся незамеченными. Командир бьется за нас, направляет письма в разные инстанции, обращается к важным людям, и за это ему низкий поклон. Его верность офицерским традициям и забота о каждом из нас — это то, что вдохновляет и поддерживает в трудные времена.

В моей служебной характеристике указано, что я был представлен к медали «За храбрость» II степени. Представление подписал командир, который видел мою работу. В итоге слышу от кадровиков - ушло, не ушло... В жизни всякое бывает, не все такие честные и принципиальные офицеры, как наш комбриг.

Апрель 2025 года, комиссия на пункте приема личного состава добровольцев, заседают всё сплошь "крутые" начальники, не зная обстоятельств, пытаются решать судьбы других офицеров. Заходит наш командир, атмосфера сразу меняется, спесь с "вершителей судеб", как корова языком слизала.

Однажды стал свидетелем ситуации, когда грозный начальник полигона, не признававший никого, увидел нашего командира, рванул к нему напролом со словами: «Разрешите Вашу руку пожать, товарищ полковник. Для меня честь познакомиться с таким достойным офицером».

Успех формирования подразделения в считанные дни — это имя нашего командира "Легиона". За ним люди идут, и это не просто слова. Командиру присуща как строгость, так и человечность. Контроль выполнения поставленных задач был постоянным: каждый день в 22:00 я докладывал о выполнении. Согласно боевому распоряжению штаба корпуса, мне приходилось бывать в разъездах, но «Легион» всегда держал все вопросы под контролем. Куда бы кто ни отправился, главное — выполнить задачу и доложить.

Будучи командиром бригады, он несколько месяцев буквально провел на переднем крае, показывая пример мужества и стойкости. Мы гордимся тем, что служили под его началом, и каждый из нас готов идти за ним до конца, снова и снова.

Подполковник Павел Дурандин.