Стояла прекрасная солнечная погода. Златоглавая радовала глаз своим великолепным видом. За кулисами сцены Всероссийского форума ветеранов СВО стоял гул — смесь приглушенных разговоров волнующихся артистов и звона наград на кителях.

«Старк» сжимал в дрожавших пальцах сложенный вдвое листок. Стихи он знал наизусть еще с госпиталя, когда бессонными ночами под писк аппаратуры слова сами складывались в строки. Но сейчас было волнительно. Ему предстояло выйти на главную для него сцену — то, о чем он мечтал после фронта, сбывалось. Две тысячи лиц. Свои. Те, кто знает цену каждому слову о долге и братстве. От этого стало только страшнее: обмануть их фальшью было нельзя. Ещё несколько минут — и он выйдет к своим родным братишкам не с автоматом, к которому привык, а с микрофоном и своим словом.

— Готовься, через минуту, — прозвучал голос помощника режиссера. — Твой выход после чемпиона.

«Старк» кивнул, пытаясь унять колотящееся сердце. Он сделал шаг к краю кулисы, чтобы выглянуть в зал. На сцене как раз заканчивал своё выступление чемпион мира по боксу среди профессионалов. Он был так спокоен и рассудителен, так чётко и внятно отвечал на вопросы зала, что «Старк» достал телефон и стал снимать. Он даже начал комментировать для себя, как отвечает на вопросы ЗМС по боксу, как люди идут к нему пожать руки.

Закончив выступление, Чемпион заметил его, подошел к «Старку» и поправил его руку с телефоном: — Не направляй туда на солнце, засветишь, — сказал он.

«Старк» аж заикался от волнения: — Передай, пожалуйста, привет отряду «Орион».

— Привет отряду «Орион» и выполнения боевой задачи, — с улыбкой ответил боксер. Заметив дрожь в парне, он просто сказал: — Не дрейфь. — У Чемпиона был низкий, чуть хриплый бас. — Там такие же люди сидят. Просто слушай свое сердце, оно само всё подскажет.

«Старк» задумался: наяву ли это с ним происходит? Резко обернулся и выронил телефон. Нет, не показалось. Это действительно всё с ним, на самом деле. В полумраке кулис стоял Великий боксер. Не померещилось. Чемпион мира по боксу среди профессионалов. Легенда. На нем был строгий деловой костюм и белая рубашка, но даже в такой одежде была заметна несгибаемая стать тяжеловеса. Он смотрел на «Старка» с прищуром человека, который сам сотни раз выходил под рев многотысячных арен.

— Чемпион... Спасибо тебе. Здравствуйте.

— Брось эти формальности, — усмехнулся тот, протягивая руку. Ладонь у него была жесткой, как боксерская лапа. — Мы тут все сегодня товарищи. Я вон тоже мандражил перед выходом. Думал, ринг переболел, но нет. Перед такой аудиторией отвечать сложнее, чем перед рефери. Там хоть правила четкие.

«Старк» непроизвольно улыбнулся: — У меня там про отряд «Орион», про нашу штурмовую бригаду «Сибирь». Про пацанов. Как наш товарищ, тоже боксер, погиб, там остался... Если дрогну или слезу выдавлю — стыдно будет. Мужики же смотрят.

Чемпион задумчиво глянул куда-то вверх. Его лицо, знакомое всей стране по рассеченным бровям и сломанному носу, стало серьезным.

— Запомни одну вещь, — тихо сказал он, придвигаясь ближе, чтобы перекрыть шум зала. — Слеза фронтовика на этой сцене — это не слабость. Это эликсир правды. Когда ты говоришь о том, как твой друг спас товарищей, тебе не нужно играть драму. Драма уже написана. Твоя задача — просто быть открытым и честным.

Он внезапно выбросил вперед кулак, имитируя свой коронный удар. — Боксерский удар должен быть чистым. Без замаха, без лишнего движения. Только плечо, бедро и вложенная душа. Так и твое слово. Выбрасывай его точно в цель. Говори так, будто рассказываешь это одному.

— Понял, — выдохнул «Старк».

— Вот и славно. А насчет товарища твоего... — взгляд чемпиона потяжелел, стал глубже. — Ты им скажи, что он до сих пор ваш тыл прикрывает. Каждое твое честное слово об этом — это продолжение его службы. Он тебя оттуда страхует, понял? Так что иди и делай свою работу. И вдохни поглубже перед выходом, кислород мозгу нужен.

В этот момент «Старка» позвали на сцену, он появился на огромном 3D-экране. Публика затихла. Две тысячи пар глаз смотрели на него без осуждения, с ожиданием. «Старк» встал у микрофона, вспомнил жесткий, ободряющий взгляд чемпиона. Он больше не видел ни камер, ни софитов. Он видел Бахмут — ныне освобожденный город Артёмовск, и улыбки своих товарищей.

«Старк» набрал полную грудь воздуха, отгоняя остатки дрожи. Слово должно быть точным, как удар мастера спорта. Чистым. Идущим прямо от сердца к сердцу. Он начал читать. Его голос звучал ровно и низко, заполняя каждый уголок Дворца культуры. Где-то в третьем ряду беззвучно плакала женщина, где-то седой ветеран стиснул зубы. А за тяжелой кулисой, невидимый для зрителей, Легендарный чемпион мира медленно перекрестился и впервые за много лет позволил себе не сдерживать слезы, слушая, как бывший штурмовик возвращает память своих братьев домой.

Подполковник Павел Дурандин