Доброволец с позывным «Геймер» из спецподразделения, входящего в состав штурмовой бригады «Сибирь», за прошедшие годы видел многое. Причем на фронте он в первые дни понял: нужно срочно забыть всё, чему учили в аудиториях факультета спецназа. Действовать приходилось согласно складывающейся ситуации. Он не считал себя крутым военным, несмотря на полученное образование и звание старшего офицера, послужившего в частях, расположенных там, где Макар телят точно не гонял по причине географической удаленности.

Главной целью себе поставил полное выполнение боевых задач, какими бы они сложными ни были. Командиры сначала удивлялись такому чересчур ответственному подходу и этому бешеному напору, а потом только махали руками: пусть такой будет, главное, чтобы всё во благо подразделения, а с остальным разберемся позже — думали отцы-командиры. «Геймер» вообще был занятным парнем. Мог после тяжелого выхода забиться в уголок, включить на телефоне или планшете какой-нибудь сериал и тихо всхлипывать в темноте, размазывая слезы по щекам. Эмоциональность его включалась периодически, к месту и не к месту. Но вместе с тем этот парень был абсолютно беспощадным к врагам страны.

Водку он не пил совсем, но нещадно употреблял энергетики. Доктора постоянно ругали, обещали язву, инфаркт и отказавшие почки, если не прекратит, но он лишь улыбался и не прекращал. Не то чтобы Геймер был увлекающейся натурой, просто обстоятельства были таковы, что приходилось чем-то подначивать загнанный организм. Как человек отчаянный, он постоянно рвался вперед. Даже когда бригада сидела на позициях, в так называемой активной обороне, умудрился совершить подвиг. Вычислили они вместе с оператором БПЛА «Ёжиком» — вернее, с помощью его птички — полевой склад противника. Сидели, выжидали долго и упорно. И всё получилось. Аккуратно сброс с гремучей смесью приладили, подвели дрон тютелька в тютельку. Бахнуло так, что на командном пункте офицеры, наблюдая эту картину на большом экране с камеры беспилотника, чуть в пляс не пустились от радости — вражеское наступление было сорвано.

Но ответ пришел быстро. Утюжили их позиции несколько суток, долбили как в последний раз, походу выпустив всё, что копили для своего броска. «Геймера» зацепило осколками. Парни доперли до точки эвакуации и передали в надежные руки медслужбы бригады. Сначала госпиталь в Ростове-на-Дону, а потом — в глубокий тыл, на дальнейшее лечение. После реабилитации товарищи подсказали, как оформить федеральные и региональные выплаты за ранение. И командование части, глядя на заключение ВВК, окончательно списало его на гражданку.

В гражданской жизни всё как-то сразу не заладилось. Начавшиеся проблемы на работе сменились ее полным отсутствием, спина стала безумно болеть, реагируя на любую смену погоды, и остальные болячки вдруг разом повылезали. Всю имеющуюся энергию направил на лечение, но лучше не становилось. Куча таблеток горстями, привычные энергетики вместо завтрака да интернет в помощь — все симптомы тут же забивались в поисковик сразу по появлению. Друзей среди врачей у «Геймера» теперь было много, консультировался он часто, но болезни не отступали.

С начальником военного госпиталя полковником Александром Петровичем «Геймер» был знаком давно, еще со своей капитанской юности. Но последнее время общались всё больше по телефону — встретиться никак не получалось, Александр мотался по стране. Когда в очередной раз «Геймер» сидел на кухне и сбивчиво рассказывал в трубку о своих проблемах со здоровьем, Александр внимательно выслушал. Ни разу не перебил, хотя «Геймер» уже начал путаться и повторять одно и то же.

— Так, всё, блин — голос друга стал командирским — Записывай. Сдай кровь, МРТ поясничного отдела, УЗИ брюшной полости. И завязывай читать эту ерунду в интернете. Сдай анализы. Приеду — разберемся.

«Геймер» сдавал анализы, сидя в очередях поликлиники, ветеранским статусом принципиально не пользовался, как то неудобно было. Переживал после каждого приема врача. Ждал приезда товарища как избавления. Врачи говорили разное: кто-то намекал на онкологию, кто-то задумчиво смотрел на кардиограмму. Кто-то ляпнул про биологический возраст в девяносто лет, кто-то упрекал в лишнем весе, набранном от неподвижного образа жизни, и требовал немедленного прекращения употребления энергетиков.

«Геймер» впервые посмотрел на себя со стороны. Он взялся жестко, по-военному. Отказался от сладкого, выкинул в мусор банку энергетика, вспомнил про физические упражнения. Тело требовало привычной энергетической взбучки. Когда через месяц Александр вернулся и полистал папку с анамнезом «Геймера», он недовольно проворчал, откладывая бумаги:

— Стоило меня беспокоить… У тебя, брат, классическая психосоматика. Организм здоров настолько, насколько может быть здоров ветеран, который прошел фронт и получил ранение. А вот пакостью этой — энергетиками и ночным чревоугодием — не увлекайся.

Подполковник Павел Дурандин.